Продолжение: Лавкрафтианская магия. Источники и наследники

Продолжение перевода книги

Продолжение: Лавкрафтианская магия. Источники и наследники

Любовный Зов Ктулху: Лавкрафтианская сексуальная магия

Одним из наиболее спорных вопросов в Лавкрафтовской магии - это смешение лавкрафтианских ритуалов с сексом. Этот процесс проявляется на разных уровнях. Недавно выпущенная антология под названием «Звездная мудрость», низданная London's Creation Press, объединяет многих художников, авторов и оккультистов, отдающих дань Лавкрафту и делает сильный акцент на сексуальности в его жизни и творчестве. Книга является увлекательной, но ее акцентуация, связывающая Лавкрафта с сексом, делает ее такой же правдивой, как порно видео, основанное на жизни матери Терезы.

Но отражает ли она магический ритуал в целом? Ответ здесь должен быть «да». Общей темой во многих церемониях, которые мы собрали, является явное сочетание сексуальных действий и Лавкрафтианских божеств. Самой значимой работой на эту тему, несомненно, является «Фонтан Гекаты» Кеннета Гранта. В этой книге Грант описывает ряд ритуалов, совершенных в его Новой Ложе Изиды. Это своего рода театрализованные шедевры, в которых объединились декорации, реквизит и спецэффекты, чтобы создать поразительный опыт. Сюжет всегда один и тот же: снчала ритуал идет хорошо, а затем пускается во все тяжкие. В результате жрица, возглавляющая обряд, занимается сексом с существом «из-за сфер, которые мы знаем». Учитывая, что это происходит несколько раз - и только со жрицей (которая всегда молода и красива) можно задаться вопросом, насколько «действенно» все это!

В одном из таких инцидентов азиатская жрица Новой Ложи Изиды проводила церемонию под названием «ритуал Ку» (Грант описывает Ку как своего рода восточного инкуба/суккуба). Ритуал проводился вокруг «резервуара», наполненного темной жидкостью, в которой плавали несколько бредовых реальных устройств, наводящих на мысль о Глубоководных и их миньонов. В кульминационный момент ритуала (без каламбура) Ли раздевается и ныряет в резервуар только для того, чтобы быть изнасилованной его слизистыми обитатателями — или, как описывает это Грант:

«После того, как ее тело поглотила вода, восемь фаллических щупальцев поднялись и схватили ее. Они вовлекли ее многократное проникновение, в котором участвовало каждое щупальце поочередно … Восьмикратный оргазм, который наконец-то ее потряс, был зарегистрирован служителями, располагавшимися вокруг трона. Жестокие пароксизмы заставили открыть черные капюшоны и явить лоснящиеся головы и выпуклые глаза батрахиальных миньонов Ктулху»[1].

Интересно, какие презервативы надо использовать, чтобы они соответствовали этим «фаллическим щупальцам». Во всяком случае, этот ритуал покажется большинству читателей странным, поэтому понимание роли секса в магии может помочь уложить это в контекст. В западном обществе доминируют две точки зрения на сексуальность. Одна из них заключается в том, что секс предназначен для продолжения рода и целью такого общения является зачатие ребенка; другая - секс - это развлечение для получения удовольствия участников и вуайреистов, которые любят на это смотреть. Эти две позиции (это не шутка) не обязательно несовместимы, несмотря на заявления самых фанатичных защитников, но они определяют большинство дебатов по этой теме.

В магии использование секса ближе к первому варианту. Обычная гетеросексуальная связь может создать ребенка, но любой половой акт, даже мастурбация, высвобождает психическую энергию, которая может произвести так называемого магического ребенка на духовном, умственном или физическом уровне. Это понятие пришло из Восточной магии и от религиозных мистерий и культов плодородия древнего мира. Даже если черные мессы с обнаженными женщинами на алтаре и оргии во время ведьминских саббатов никогда не происходили, их присутствие в христианском фольклоре, тем не менее, признает силу ритуального секса.

Но какое отношение сексуальная магия имеет к Лавкрафту? Если мы изучим жизнь этого человека, то ответ будет… никакого! Лавкрафтианская сексуальная магия - это оксюморон. Лавкрафт практически не имел интереса к тому, что он называл «любовными явлениями». Для него секс был чисто биологическим, и занимал важное место где-то между социальными реформами и утилизацией мусора. Жена Лавкрафта, Соня Грин, описала его как «адекватного превосходного любовника», что можно интерпретировать двумя способами, в зависимости от того, концентрируетесь ли вы на «адекватном» или «превосходном».

В лавкрафтовских рассказах сексуальность как одна из тем присутствует, но автор редко концентрируется на самом половом акте, как он сделал в редакции К.М Эдди «Любовь к мервецам», в котором говорится (о, ужас!) о некрофилии. Даже здесь, Лавкрафт милостиво избавляет нас от похотливых (или болезненных) подробностей. Как правило, Лавкрафт показывает нам лишь последствия девиантного секса - порождение зла. Спаривание между людьми Инсмута и Глубоководными, под бдительным оком Эзотерического Ордена Дагона, приводит к потомству с ужасными «рыбьими лицами» в «Тени над Инсмутом». В горах Массачусетса, «данвичский ужас» рождается, когда полоумная женщина рожает детей-близнецов от отвратительного Йог-Сотота. Иногда связь более тонка: Коттон Мазерс в «Magnalia Christi Americana» через потомство человека и зверя воодушевил Лавкарфта на создание «Неназванного». Хотя Чарльз Декстер Уорд - не монстр, его колдовское наследство от Джозефа Курвена передается из поколения в поколение, пока не принесет свои окончательные плоды. Возможно, Лавкрафт относится к сексу как к светскому изначальному греху, который на протяжении веков приводил к безумию и убийству.

Алистер в Стране Чудес

Я не могу не задаться вопросом, что бы Алистер Кроули сегодня подумал об изобилии лавкрафтианских оккультистов и пользователей «Некрономикона». Более того, как бы Великий Зверь отнесся к тому, что многие из этих лавкрафтианцев идентифицируют себя и свои практики с его 93 Потоком магии Телемы? Я сильно подозреваю, что это бы его не обрадовало. Тем не менее, некоторые лавкрафтианцы претендуют на то, чтобы практиковать неявную «традицию» Телемы, используя элементы художественной литературы в своей магии. Сам Кроули пробовал свои силы при написании оккультной фантастики (по крайней мере, с одним катастрофическим эффектом, как мы увидим), некоторые из которых, возможно, отразили его собственные убеждения и практики. Как обсуждалось ранее, некоторые оккультисты были также писателями фантастики и ужаса, и заполняли свои истории магическими понятиями. Итак, почему бы влияние не должно потечь в противоположном направлении - с фантастики, влияющей на магическую практику?

На первый взгляд, сам Кроули в своей магической практике, по-видимому, находился под влиянием художественной литературы. Не является секретом его любовь к поэзии лорда Дансани, а в «Магии в теории и практике» он рекомендует читать «общеполезные и наводящие на размышления» такие произведения, как «Черная магия» Марджори Боуэн, «Дракула» Брэма Стокера, сэра Эдварда Булвера Литтона «Странная история», «Лилит» Джорджа Макдональда, и даже «Алису в стране чудес» Льюиса Кэрролла. Тем не менее, он также предупреждает своих читателей, что эти работы «во всяком случае, не следует воспринимать, слишком серьезно», но их следует читать просто, чтобы «получить… общие сведения о мистической и магической традиции»[2]. Некоторые могут также обвинить Кроули в участии в «традиции» написания фальшивых гримуаров, поскольку Мастер Терион назвал свой учебник по таро «Книга Тота» после легендарного гримуара, описанного в древней египетской сказке «Сетна и Магическая книга». Но это тоже было бы фальсификацией Кроули и его мотивов. Хотя Кроули использовал название мифической книги заклинаний для своей работы над Таро, он подтверждал собственное авторство и никогда не делал вид, что это на самом деле перевод оригинального свитка папируса, написанного ибисоголовым египетским богом магии. Что является отличием от написания фальшивого «Некрономикона» и приписывания его авторства вымышленному сумасшедшему арабу.

Конечно, мы никогда не узнаем, о реакции Кроули, так как он не дожил до начала магии Лавкрафта. Или да? Одним из магических протеже Кроули был человек по имени Джек Парсонс. Джон (Джек) Уайтсайд Парсонс (1914-1952) был бесспорным гением, пионером ракетной науки у союзников во время Второй мировой войны, изобретателем JATO (реактивной взлетной ракеты) и пионером космической ракеты. Парсонс также был активным членом Калифорнийской Ложи Агапэ в американском OTO, и Кроули выбрал его для руководства этой организацией. В письмах Паронс часто обращался к Кроули как к «Самому Возлюбленному Отцу». Кажется, у Джека Парсонса была одна проблема - его одержимость беллетристикой.

Парсонс был пожизненным поклонником фэнтази, ужасов и научной фантастики и присутствовал на многих встречах Лос-Анджелесского Общества Фантастики (LASFS). Он часто принимал известных ученых-фантастов и иллюстраторов того времени. Среди связей с писателями этих жанров есть также несколько возможных связей и с Лавкрафтом. Парсонс, возможно, встречал Э. Хоффмана Прайса, уажаемого члена Лавкрафтианского Круга. Известно, что Парсонс был в контакте с людьми в Пасадене, которые были знакомы с Кларком Эштоном Смитом, другим корреспондентом Лавкрафта, и тем, кто посоветовал ему узнать, где найти источники для исследования по магии. В какой-то момент Парсонс был глубоко (и прискорбно) знаком с писателем-фантастом Л. Роном Хаббардом (будущим основателем сайентологии), который однажды встретился с Лавкрафтом. Джон Картер, автор превосходной биографии Парсонса «Секс и ракеты. Оккультный мир Джека Парсонса», предполагает, что Парсонс, вероятно, читал рассказ Лавкрафта «Цвет из иных миров», опубликованный в сентябрьском выпуске «Удивительные истории» в 1927 году, а также мог читать «Weird Tales», журнал в мягкой обложке, в котором была опубликована большая часть работ Лавкрафта.

Однако фантастика была не просто для Парсонса развлечением; она также оказала глубокое влияние на его магическую практику. Парсонс был убежден, что новелла Дж. Уильямсона 1940 года «Darker Than You Think» («Мрачнее, чем вам кажется»), повествующая об атавистических видоизмененных существах и их стремлении вернуть Землю (что показывает замечательную степень влияния Лавкрафта), было пророчеством о приходе Бабалон, Алой Женщины Богини Телемитов. Уильямсон, как и Лавкрафт, был удивлен всякий раз, когда сталкивался с оккультистами, которые слишком серьезно относились к его работе. Уильямсон в своей автобиографии «Дитя чуда» писал:

«Я встретил Джона Парсонса. Странная загадка для меня, он был ученым-ракетчиком с неожиданными склонностями к оккультизму. Он хотел встретиться со мной, потому что я написал «Мрачнее, чем вам кажется» - многие люди восприняли это более серьезно, чем когда-либо; ведьмы время от времени принимали меня за викканца»[3].

«Мрачнее, чем вам кажется» также оказало глубокое влияние на злополучную практику Бабалон Парсонса, о которой я сейчас расскажу.

Парсонс однажды провел сорокадневную магическую работу под названием «Черное паломничество», название которой он, вероятно, взял из истории М.Р. Джеймса «Граф Магнус» (1904), которая оказала большое влияние на такие рассказы Лавкрафта, как «Зов Ктулху», «Крысы в стенах» и «Дневник Алонсо Тайпера». В «Графе Магнусе» граф злодей описывает, как совершить черное паломничество в Хоразин (Хоразин или Хоронзон - это наименование, несущее глубокий смысл как в магии телемитов, так и в лавкрафтианской магии, как обсуждалось ранее). Парсонс, вероятно, основывал свое «Черное паломничество» частично на Работе с Бездной Кроули (в которой Кроули столкнулся с демоном Хоронзоном, известным хранителем врат Даат). В своей «Книге Бабалон» Парсонс писал: «Ибо таким образом я принял Клятву Бездны и полноправно вошел в град Хоронзон»[4]. Возможно также, Парсонс взял идею «Черного паломничества в Хоразин» из «пересмотренного» рассказа Лавкрафта для своего оккультного друга Уильяма Ламли «Дневник Алонзо Тайпера» (1935). В этой истории несчастный Тайпер совершает свое «паломничество» в зловещий город под названием «Хоразин» в северной части штата Нью-Йорк и входит в заброшенный особняк Ван дер Хейла, где он находит среди других запрещенных произведений греческую версию «Некрономикона». Цель Тайпера - найти «Забытого, который является Хранителем Древних Врат»[5], что звучит так же, как концепция Кроули и Гранта о демоне Хоронзоне, которого Кроули назвал «Живущим в Бездне». В конечном счете, Тайпер исчезает навсегда – его затащил в подвал дряхлого особняка Ван дер Хейла отвратительный монстр из Мифов Ктулху. Конечно, первоначальный город Хоразин (или его руины), который планировал посетить Парсонс, находился в Израиле.

В 1946 году Парсонс начал свою печально известную «Книгу Бабалон», пригласив в качестве магического помощника писателя-фантаста Л. Рона Хаббарда. Вдохновленные оккультным романом Кроули «Лунное дитя», Парсонс и Хаббард попытались привести Бабалон, Алую женщину, в этот мир, используя сочетание сексуальной магии и энохианской эвокации. Парсонс, мог также находиться под влиянием «Ужаса в Данвиче» Лавкарфта, а также рассказа «Великий Бог Пан» Артура Мэйчена. Парсонс и Хаббард использовали женщину по имени Марджори Кэмерон (которая будет упомянута позже в главе о фильмах про «Некрономикон») в качестве магического сосуда для Бабалон. Побочные эффекты этой работы могли вызвать гибель Парсонса из-за взрыва в 1952 году - то, что Кеннет Грант назвал бы «тангенциальной истерикой». Сама Бабалон, по-видимому, предсказала эту огненную смерть. В марте 1946 года Парсонс писал: «И в тот день [приход Бабалон] моя работа будет завершена, и я буду взорван дыханием отца». И действивтельно взорвался! Что Алистер Кроули думал о привнесении идей из фантастических книжек в мягких обложках в магию Парсоном? Не очень хорошо! В декабрьском письме 1943 года актрисе Джейн Вулф Кроули прокомментировал выдумку Парсонса:

«Проблема Джека - его слабость, и его романтическая сторона - поэтическая - в настоящее время является помехой. Он получает удар от какого-нибудь журнального мусора или оккультного романа (если бы он только знал, как они были придуманы!) и бросается в дикие исследования. Он должен знать, что искристость шампанского основана на здоровом вине, а закачивание углекислой кислоты в мочу - не одно и то же»[6].

Когда Парсонс написал Кроули о своей работе с Бабалон, Кроули ответил в письме от 19 апреля 1946 года:

«Вы меня полностью озадачили своими замечаниями об элементарном - о возможности обсуждения или копирования чего-либо. Я думал, что у меня было самое болезненное воображение, как и у любого мужчины, но, похоже, не только это. Я не имею ни малейшего представления о том, что вы имеете в виду»[7].

В тот же самый период Кроули написал Карлу Гермеру и сказал: «По-видимому, он, или Хаббард, или кто-то, производит Лунное Дитя. Я становлюсь довольно безумным, когда размышляю над идиотизмом этих козлов»[8]. В январе 1946 года Кроули сместил Парсонса из руководства Ложи Агапе, указывая его преемника в письме. Последний записанный комментарий Кроули к Парсонсу - его некролог, столь же пророческий: «Я больше не интересуюсь Джеком и его приключениями; он просто слабоумный дурак и должен уйти к дьяволу по-своему. Покойся с миром!»[9]

Итак, что бы Мастер Терион подумал о современном лавкрафтианском оккультисте? Видел ли бы он его как отважного магического пионера или как «слабоумного дурака», который «получает удар от какого-то журнального мусора»? Я оставляю вам решать самим, основываясь на доказательствах. Покойся с миром!

[1] Кеннет Грант «Фонтан Гекаты» (London: Skoob Books, 1992), стр. 18.

[2] Алистер Кроули «Магия в теории и на практике» (New York: Magickal Childe Publishing), с. 214

[3] Джон Картер «Секс и ракеты. Оккультный мир Джека Парсонса» (Venice, CA: Feral House, 1999), стр. 58

[4] Джон Картер «Секс и ракеты», стр. 172

[5] Г.Ф. Лавкрафт и Уильям Ламли «Дневник Алонсо Тайпера», основан на «Ужас в музее» (Sauk City, WI: Arkham House Publishers, Inc., 1989), стр. 317

[6] Джон Картер «Секс и ракеты», стр. 95

[7] Джон Картер «Секс и ракеты», стр. 150

[8] Джон Картер «Секс и ракеты», стр. 150

[9] Джон Картер «Секс и ракеты», стр. 187